Анинский дацан: история и современность
Официально дату основания Анинского дацана принято считать по хронике летописца В. Юмсунова, который сообщает, что «из дерева был выстроен дацан Гандан Шиддублинг» в 1795 г. тайшей Иринцеевым на собственные средства. По архивным источникам, согласно Указу Иркутского гражданского губернатора Трескина от 9 мая 1806 г. за № 1661 дацан был перестроен «на средства Дамбадугара Ринчеева — ассигнациями 33162 руб. и на средства тайши Мардаева — 12103 руб. 12 коп.». При кумирне этой, в звании настоятеля оной, состоял выходец из Монголии Дархан Нансу Ринчинов и несколько бурятских лам низших званий, но так как они не были утверждены русским правительством, то для совершения важнейших хуралов сюда приезжал ширетуй Худунского дацана».
В 1811 г., согласно летописи хоринских бурят, дацан был перестроен из камня, главной причиной явилось то, что прежний деревянный дацан сгорел 12 января 1811 г., впоследствии этого, с утверждения господина Восточно-Сибирского генерал-губернатора, он был обновлен, украшен и отремонтирован на добровольные приношения заслуженных милостынедателей, на сумму свыше 25 тысяч рублей.
Уже сам факт строительства фундаментального каменного храма свидетельствует о благосостоянии и возможностях народа, вкладывающего средства в сферу духовности и культуры.
С историей каменного Анинского дацана связано много легенд, сохранившихся в памяти местных жителей. Так, летом 1992 г. информатор Дымбрылов Доржи-Палан Дымбрылович сообщил: «Дамба ноен был богатым среди бурят, изначально он начал строить церковь, а затем передумал, впоследствии его жена Шойжит-хатан завершила переделку церкви под дацан». Другой информатор Ригден Цыбикдоржиев, который в 80-е годы рассказал корреспонденту газеты «Удинская новь» о том, что в свои молодые годы он слышал, как агинский бурят Бадмаев, личный лекарь царя, начинал строить дацан, как христианскую церковь, где собирался крестить своих хоринцев. Но дела у него не пошли, а после того, как подняли второй этаж, вообще строительство заглохло. Не смог, приглашенный издалека литейный мастер, по каким-то причинам отлить колокол. А позже Дамба-Дугар ноён достроил начатое Бадмаевым, но уже как дацан.
Эти два примера, связанные с историей строительства каменного здания, объясняют особенности архитектурного облика дацана. Безусловно, и то, что первыми строителями Анинского каменного дацана были русские мастеровые, которые привнесли черты православных храмов в облик Анинского дацана.
Анинский дацан, среди известных дацанов, был первым, выполненным в камне. Этот уникальный памятник архитектуры, созданный местными бурятскими зодчими, последовательно и закономерно отражает поисков, взаимодействий и взаимовлияний строительных и художественных культур различных стран и народов. В его архитектуре зодчие воплощали космологическую символику буддийской идеи Мандала. Истоки этой архитектурной композиции можно обнаружить в самых ранних памятниках буддийской архитектуры — индийских ступах, символика которых выражает сложную космологическую сущность буддийского храма. В архитектуре особенно ярко Анинского дацана доминируют правила организации пространства, где понятие центра и четырех сторон света положило начало ориентации главного здания по оси север-юг и появлению четырех выступающих объемов и стенах, окружавших центральный объем здания. В дневнике Базара Барадина мы находим тому подтверждение: «дацан построен по образцу божественного дворца Мандалы».
Место для Анинского дацана, выбранное в соответствии с канонами культового строительства на правом берегу р.Ана, было центром обширной территории. Воспроизводимый нами документ описывает границы прихода дацана на начало века: «границы поселений на восток составляют возвышенности сначала в более западном направлении, а затем от скалистого кряжа Марокту принимают более южное направление и следуют по течению р. Марокту, далее по восточным возвышенностям хребта Ильдергэ до скалистых источников Чисана. Отсюда, спускаясь по хребту на юг, достигают до южного ската Хальтэгэй, направляются по течению реки Уды с юга, достигают до озера Цаганнура, отсюда начинаются северные границы прихода, которые следуют по Сонгняту до северных возвышенностей Хурби. На востоке наиболее удаленные урочища прихода находятся у гор Марокту в 55 верстах от дацана; на юго-восток у хребта Ильдэргэ в 60 верстах от дацана; южная граница у горы Хэтэгэй и берегов реки Уды и 12 верстах от дацана; западная у озера Цаганнура в 84 верстах и северная — у Хурбийских горных возвышенностей в 120 верстах от дацана».
В начале XX века Анинский дацан представлял собой комплекс, состоящий из главного соборного храма-цокчен-дацана и 12 дуганов, не включая храмовые хозяйственные и служебные постройки.
В первой четверти XIX века Анинский дацан представлял собой квадратный в плане двухэтажный приплюснутый куб, покрытый каменной усеченной пирамидой, завернувшейся двухъярусным фонариком. Кроме большого куполного свода, по углам здания возвышались четыре кирпичных башенки. В центральный объем здания с четырех сторон света врезались одноэтажные выступающие объемы, сходные с пристроем. Над южным выступом возвышалась башня высотою в 12 саженей, напоминающая колокольню. Через ее нижний ярус входили в главный храм, а по винтовой лестнице поднимались на второй этаж. В левом и правом выступах также имелись входы, к которым вели лестницы, а в северном — по традиции располагался алтарь. Эти объемы, покрытые шатровыми крышами, заканчивались такими же двухъярусными фонариками. Перекрытия первого и второго этажей опирались на тридцать колонн, поставленных в шесть рядов. Здание опоясывалось террасой на каменных сводах, которая повторяла конфигурацию плана. Вокруг второго этажа шел балкон. «Сооружен храм, - как пишет Минерт Л.К., - строители добились замечательного результата: они без предварительного опыта и аналогий в зодчестве Забайкалья возвели громадный каменный пирамидальный шатер с размерами сторон примерно 8 саженей и высотою 5 саженей.
Э. Соколовский, работавший в те времена забайкальским областным инженером, так отзывался о дацане того времени: «Очутившись под громадной пирамидой, невольно изумляешься смелости постройки». Он же, увидев трещины на задней стене здания дацана, «заставил лам обратить на них внимание и прийти в ужас, следствием которого была просьба о замене каменного пирамидального покрытия деревянным».
По докладной записке А. Позднеева, который работал с архивом дацана в 1909 г., следует, что «здание названного дацана было возведено из камня и покрыто железною крышею в 1808 г., что вскоре после сего стены этого здания под тяжестью этой кровли лопнули и дали трещины, а засим некоторые места железа разошлись и разорвались, посему в дождливое время в дацане через его крышу постоянно струилась вода. Однако здание продолжало существовать и ламы признали, что в нем, возможно, было отправлять хуралы еще в течение 50-ти с лишком лет».
В 1862 г. в районе дацана произошло землетрясение, что повлекло за собой трещины на задней стене здания, а 1 августа 1864 г. “в Ане случилась страшная буря, она во многих местах сорвала железные листы с крыши дацана, оторвала тесовую обшивку с деревянной лестницы дацана и совершенно сняла с кровли деревянной мезонин дацана, - чем привела, писалось в дацанском архиве того времени, - в совершенно невозможный вид и положение”. Это событие, по-видному послужило одной из главных причин реконструкции дацана, другой же причиной могло быть то, что внешний вид здания, напоминающий церковь, уже не устраивал иерархов дацана.
В 1865 г. в течение года в дацане был произведен ремонт, но основная реконструкция здания затянулась на пятилетие, «произошло это потому, что Забайкальскому военному губернатору впервые пришла мысль проверить произведенную постройку, чего после уже никогда не повторялось». В Анинский дацан (впервые за всю историю строительства всех бурятских дацанов) был откомандирован архитектор Пантюхин, который осмотрев здание, нашел, что, во-первых, буряты строили его небрежно, а во-вторых, во многом отступили от преподанного им к руководству плана и фасада здания. Первое, т.е. небрежность постройки, особливо выразилась в устройстве сводов здания, кладка которых была исполнена так плохо, что грозила скорым падением, причем буряты, уже по собственному решению, помимо большого купольного, устроили еще 4 малых свода по углам здания и вывели возвышающиеся над ними 4 кирпичных башенки, совершенно подобно той, одна из которых уже была сброшена ветром на землю. При дальнейшем расследовании подобных уклонений от плана, буряты заявили, что все предварительно составленные сметы на постройку, а равно рисунки плана и фасада у них утрачены. Архитектуру пришлось составлять все заново и, таким образом, время окончательной постройки затянулось. Первый и второй этажи получили широкие темные фризы с непременными элементами храма буддийской архитектуры дисками — толи. Перед всеми тремя входами устроили портики с массивными колоннами — их архитектурным продолжением, на втором этаже сделали двухколонные портики со всех четырех сторон. Вместо каменного шатра второй этаж закончили плоским перекрытием, на который поставлен третий — сакральный этаж в виде павильона с небольшими портиками с четырех сторон. Поскольку павильон имеет в плане размеры меньше, чем второй этаж, второй — несколько меньше первого, а последний стоит на высокий платформе — сооружение получило отчетливо выраженное ярусное членение с пирамидальным силуэтом. В каждом случае уменьшение следующего этажа использовано для устройства кругового ритуального обхода: по террасе на первом, по галерее на втором, вокруг павильона на третьем. Павильон был покрыт четырехскатной железной крышей с поднятыми углами. Центр крыши занимал священный символ «ганджир», вертикаль которого зримо закрепляла ось центрической композиции здания.
«Таким образом, идея мандала-космоса, космической вездесущности Будды, занесенная в Бурятию в виде иконографических изображений караванными тропами… послужила творческим импульсом для самостоятельного создания местными народными мастерами архитектуры нового типа — бурятского буддийского храма второй половины XVII— первой половины XIX в. Это творческое достижение сравнительно малочисленного народа тем более значительно, если учесть почти полное отсутствие здесь архитектурно-строительных традиций в прошлом», к такому выводу приходит Л.К.Минерт.
В 1898 году прихожане Анинского дацана приняли решение о расширении храма за счет пристройки. 24 февраля 1898 г. они «составили приговор о том, что … дацан… вместимостью своею далеко не соответствует действительной. А потому поставили: не возводя здания, сделать для помещения богомольцев, к существующему дацану с южной стороны деревянную на каменном фундаменте пристройку, размером вдоль 12 сажень и в ширину 10 сажень. Так как работа по постройке будет производится местными мастерами и плотниками, то сумму потребную на эту стройку определить не более в две тысячи рублей, у коих одну тысячу безвозвратно ассигновать из имеющихся на лицо собственных средств дацана, а другую тысячу рублей добровольно пожертвуют… почетные инородцы и зажиточные буряты: выборный Чимыт Бадмаев, зайсан Радна Намсараев, Сандан Бадмаев, Дондуп Жап Намсараев. Хардай Цыренов, Цырен Бадмаев, Бадма Бадуев, Чойван Бадмаев, Гончик Намсараев по сто рублей».
Переписка на разрешение строительства пристроя продолжалась в течение года. Хамбо лама Иролтуев в своем отношении от 18 октября 1898 г. пишет губернатору Забайкальской области, что «представляя на благоусмотрение Вашего Превосходительства вышеупомянутый приговор с переводом на русский язык и проект, составленный читинским городским архитектором, я на основании (33 Положения о ламайском духовенстве)… имею честь… просить не оставить сделать надлежащее распоряжение об утверждении на пристройку при Анинском дацане из деревянных материалов на каменном фундаменте». Разрешение на строительство пристроя датировано 11 мая 1899 года, за подписью генерал-губернатора, который «не находит препятствий к разрешению вышеназванной пристройки».
По данным информатора Мигжитова Р.Б., необходимость в пристрое появилась у Анинского дацана, когда дацан приобрел «1000 Будд благих времен». И, таким образом, созрела идея расширить не только соборный храм, но и основную ее часть — алтарь. Строительство пристроя было закончено в 1899 г., новый объем расположился впереди главного фасада здания, примыкая к южному выступу с главным входом. Стены деревянного сруба на высоком бутовом цоколе были гладко обшиты досками и побелены, что придавало вид каменных. В восточной и западной стенах было по шесть попарно сгруппированных окон, к южной стене примыкал четырех колонный портик. Широкая лестница вела к трем главным дверям входа.
В целом пристрой нового здания свидетельствовал о возросших возможностях Анинского дацана.
«Стоимость постройки главной кумирни дацана, - по отчету начала века, - со всеми наружными украшениями оной, оценивалась в 73161 руб. 60 коп., а 5 малых сумэ, стоящих в ограде дацана 8611 руб. 77 коп. Движимое имущество дацана, находящихся в этих кумирнях, как-то книги, бурханы и прочие кумирни украшения 57706 руб.71 коп. Надворные постройки дацана, каковы: кухни, амбары, здания для приготовления жертв записываются ценою в 3785 руб. 78 коп., а хранящиеся в них главным образом кухонная утварь в 28 руб. 20 коп.».
В центральном архиве республики Бурятия в фонде Р-248, оп.3, ед. хр. 42 хранится за подписью начальника аймотдела Базарова, небрежно составленная опись имущества Анинского дацана, состоящая из 559 наименований, оценивающаяся на конец 20-х годов в 39809 руб. 65 коп., по стоимости можно судить о величине и значительном количестве имущества дацана.
Бато-Мунко Дашиев, один из мудрых и памятливых стариков Анинского дацана рассказывал, что некогда приезжал большой лама освящать дацан, похвалив постройку, сказал, что ему видится голова лошади. И, как оказалось впоследствии, Анинский храм использовался как загон и скотобойня для лошадей.
Некоторые факты об Анинском дацане
Анинский дацан (Гандан-шиддублинг) расположен в 30 километрах от поселка Хоринска, близ села Алан.
Построен в 1775 г. хоринским тайшой Дамба-Дугар Ринцеевым.
В 1825 г. от Анинского отделился Эгитуйский дацан. Школа философии Анинского дацана пользовалась большой известностью и уважением в Бурятии. Из стен дацана вышли многие известные ламы, в том числе хамбо-лама Итигэлов.
Был разрушен в середине 30-х годов прошлого века.
Его восстановление началось в конце 90-х годов.
Ширээтэ ламы Анинского дацана
1. Хара нохойн Дандар
2. Тубоошын Шоймпол
3. Малын Шираб
4. Тумэрэй Лубсан-Дагба
5. Барын лама
6. Намжилай Галдан
7. Дэлэгэй лама
8. Аюшын Галдан «Хойто ламхай»
9. Жэмбын Дулзэн-Дагба
10. Содбын Дагба-Жалсан
11. Захарай Шираб-Нимбу
12. Лайдабай Намжил
13. Шагдарай Доржо
14. Ширабай Дамби-Нима
15. Дэмшэгэй лама
Краеведом Харитоновым В.А. обнаружены архивные документы, указывающие на то, что для строительства бурятских дацанов часто приглашали русских мастеров, так по «особливому договору» 1818 г. – иркутские цеховые Теплых и Домнин, а с другой стороны – главный тайша Хоринских родов Дынпил Галцанов, заключили контракт о строительстве каменного Кундуйского дацана.
Исследователь Л.К. Минерт считает, что «главный храм Анинского дацана является выдающимся произведением бурятской культовой архитектуры, не имеющим аналогий по своей планировочной и композиционно-пространственной структуре в буддийском зодчестве соседних стран. Его остатки имеют несомненную архитектурную и культурно-историческую ценность и должны быть сохранены для потомков».
А.М. Позднеев, посетивший дацан в 1916 г., в своих заметках отметил, что «относительно главной кумирни Анинского дацана, по соображении всех ремонтировок, пристроек и надстроек, можно было догадаться, что в настоящую пору она имеет форму, близко подходящую к форме Джидинского дацана. Оба эти дацана при своей перестройке, были расширены так, что в них вся первоначально построенная кумирня была обращена в помещение одного только алтаря, втрое же большая его, собственно служебная часть кумирни была пристроена заново. Таким образом, обе эти главные кумирни как в Джидинском, так и в Анинском дацанах получили вид не квадратных, а продолговатых зданий, в которых служебная часть значительно превосходит главное святилище кумирни».
Базар Барадин, посетивший дацан в 1907 г. писал, что «этот дацан очень маленький и имеет образец Лойлона, т.е. божественного дворца (8 углов) и к нему сделана пристройка… по тибетскому образцу. Сама пристройка гораздо больше размеров дацана, в нем совершают службу, а внутренность самого дацана служит всецело алтарем и в нем помещаются иконы. Икона главного алтаря – Зонхава».
Восстанавливая разрушенное
Дацан имел бесценное богатство как в культово-религиозном плане, так и в смысле памятников старины бурятского народа..
Развиваться бы ему ещё и дальше, да наступили лихие времена. Дацан был в буквальном смысле разграблен, священнослужители репрессированы.
Старые люди ещё хорошо помнят 1937 год и «воинствующих безбожников», получавших за «ударный труд» 200 кирпичей в день, вывернутых из стен. А к этому времени сотни анинских лам уже шли этапами в лагеря ГУЛАГА, многие были расстреляны. Под названием «Памяти лам Анинского дацана, погибших в годы репрессий» посвятил своё стихотворение Батор Буянтуев:
Белый лотос буддийской веры,
Цветет над моею древней землей
Любуются люди Абая-Гэсэра
Живого цветка неземной красотой
Сквозь время, кровавые драмы,
Прошла желтая вера отцов.
Брели по этапам мирные ламы
Умирая среди леденящих снегов,
Когда попирались закон и устои,
Ламы хранили священный обет.
Злое глумленье над богом Буддою -
Горький российский сюжет.
За несколько слов из молитвы,
Не поняв их смысла и сути,
В пылу разгоревшейся битвы, Лам к стенке ставили люди.
Кто знает, что стало бы с нами,
Забывшими веру, язык матерей,
Сбитыми с толку пустыми речами,
Не будь одержимых этих людей.
За все им досталась в награду,
Сухая, как выстрел, статья,
Девять кругов тюремного ада -
Страдания, смерть, лагеря…
Но снова горят золотые лампады,
Из руин дацаны встают,
Оправданий посмертных не надо,
Разберемся сами как-нибудь.
И все же не верилось, что в Ане возродится из пепла величественный цокчен с золоченной крышей, что как в стародавние годы хоринские буряты будут собираться здесь на торжественные хуралы, а ламы – под величественную буддийскую – проводить богослужения…
Не верилось, но в банке уже был открыт счет "для реставрации дацана, как памятника культуры и архитектуры" пожилые люди пытались оформить в райисполкоме буддийское общество, в близлежащих селах заговорили о «субботниках» в дацане.
«Чтобы собрать средства на строительство дугана, понадобилось два года. Большей частью это личные пожертвования людей, немалая доля принадлежит различным трудовым коллективам, были переводы из разных районов республики и страны. Собранную сумму мы могли, казалось бы, использовать более рационально, построить больше жилых домов и хозяйственных построек, а дуган возводить из дерева, а не из кирпича. Но мы решили строить капитально и основательно, не торопить сроки. Думаю, мы не ошиблись, вложив в строительство дугана свыше 110 тысяч народных денег, зато можем гордиться и самим зданием, и его отделкой по строгим буддийским канонам» - говорил председатель Хоринской буддийской общины Д.С. Санжиев.
Анинский дацан
Маленькая, дворов в 60, деревушка Алан находится километрах в тридцати к северу от райцентра. Живут здесь в основном пенсионеры. Анинский дацан находится километрах в пяти от села. Но добраться до него в эту пору крайне тяжело: разбитую колею грунтовки наглухо перекрыли снежные заносы и огромная наледь, ползущая с гор. Расстояние в пять километров превращается в изнурительное ралли с частыми высадками и долгими остановками. Но вот к закату на горизонте вырисовываются силуэты субурганов, изогнутые углы крыши дугана и квадрат с арками — останки центрального храма. Это Анинский дацан.
Даже полуразрушенный он имеет внушительный вид. Окна и проемы дверей центрального храма сделаны в виде арок и напоминают архитектуру православного храма. Хорошо сохранилась лишь внешняя ограда — низкий каменный забор с субурганами на углах. Сейчас в нем пустынно. Студеный февральский ветер бьет в лицо жесткими крупинками лежалого снега. Когда-то он знал лучшие дни. Жизнь возвращается в дацан. Восстановлены один из дуганов, ворота, построен дом для монахов. В нем они живут в дни, когда служат здесь хуралы.
График дежурств в дацане. Монахи надеются, что явление бронзовых Будд даст новый импульс восстановлению былого величия Анинского дацана. И у них есть все основания верить в это. При дацане основан совет старейшин из мирян. Они готовы разделить с монахами бремя ответственности за восстановление дацана. И верят в участие в этом благородном деле всех верующих. В дни празднования Белого месяца их здесь особенно много. Паломники прибывают из самых отдаленных уголков района. На стене в дацане висит лист бумаги с графиком дежурств организаций поселка Хоринска — ответственных за проведение хуралов в дни Сагаалгана. В этом списке значатся районная администрация, налоговая инспекция, отделение банка, районо, электросети и другие организации. Как пояснил Легсок лама, сотрудники этих организаций приходят в установленный день и за свой счет кормят лам, хувараков и прихожан из дальних сел. Кроме того, они делают пожертвования в кассу дацана. И вправду, ухоженные женщины в дорогих шубах носили ведрами воду в кухню дацана и прислуживали в столовой.— Помогать храму нам не в тягость, а в радость, ведь у хоринцев очень сильная вера, — говорят женщины.
Освящение дугана в райцентре
Не секрет, что День открытия и освящения дугана в райцентре многие ждали с большим нетерпением, ибо в церемонии должны были принять участие председатель Центрального духовного управления буддистов России Пандито Хамбо лама Жамьян Шагдаров, ламы Иволгинского дацана, другие представители духовенства республики. Освятили дуган Пандито хамбо лама Жамьян Шагдаров, ехэ унзад Иволгинского дацана Санжайжап, ламы Иволгинского и Анинского дацанов. В день открытия дугана с утра погода была неважной - было пасмурно и ветрено. Но, несмотря на это, еще задолго до торжеств стали подтягиваться к зданию дугана первые посетители из Хоринска, близлежащих и дальних сел района. В полдень началось освящение дугана. Под божествами, что на западной стене молитвенного зала, на сэнти (в кресле) расположился Пандито Хамбо лама Жамьян Шагдаров, по правую руку вдоль южной стены ламы Иволгинского дацана во главе с соржо-ламой, а напротив них - ехэ унзад Иволгинского дацана и священнослужители Анинского дацана. И в присутствии множества людей они начали церемонию посвящения дугана. Кстати, на освящение дугана пришли люди всех возрастов— дети, молодежь, люди среднего и старшего поколения. И всех их объединяло в этот день лишь одно стремление — причастие к духовному очищению во благо мира и согласия на земле. После освящения дугана священнослужители совершили молебен (Сахюусан) в честь хранителя Анинского дацана Гомбо-Махагалы. Все присутствовавшие в завершение участвовали в обряде даллага.
Праздник Анинского дацана
Это симпатичное трехэтажное здание органично вписалось в юго-восточную часть районного центра. Привлекает взор людей необычная для наших мест архитектура. При возведении дугана Анинского дацана с самого начала предпочтение отдавалось тибетскому стилю. Теперь основные работы на дугане завершены — третьего сентября состоится его освящение. Затем новый Дуган станет принимать посетителей. Новый объект радует глаз. Возможно оттого, что необычен его архитектурный стиль, непривычен для местных жителей, а возможно еще и оттого, что с такой любовью, можно сказать, с трепетом в сердце, трудились все те, кто так или иначе причастен к строительству, оформлению. Факт, что Дуган получился на славу. И это лишний раз доказывает, что не перевелись у нас настоящие мастера, а если точнее выразиться кудесники с золотыми руками… В возведение объекта большую лепту внесла местная буддийская община. В основном строительство велось за счет добровольных пожертвований наших земляков. Существенную помощь оказали, внесли свои добровольные взносы сельскохозяйственные производственные кооперативы нашего района: «Удинский», «Верхне-Талецкий», «Улан-Одон», «Булумский», АО «Сагаан Эдеэн» местная птицефабрика, ПМК-4, ВЭС, лесники. Постоянно вносят свои сбережения коллективы организаций, учреждений районного центра: РКЦ, аптеки, налоговой инспекции, казначейства, военкомата, ПУ-37, РУФПС. По мере возможности помогало строительству население района. Словом, можно сказать, открытие Дугана приблизило активное участие населения района независимо от вероисповедания. Ведь возводили его всем миром. Первый этаж его отводится Центру тибетской медицины. Со временем наши земляки станут получать и такую врачебную помощь.
Второй этаж займет молебный зал, третий отводится для хранителя Гомбо-сахюусана. Сегодня полностью завершились все внутренние и внешние работы на объекте. Дуган сверкает первозданной чистотой, пахнет краской. Сверкает и благоухает, ждет своего открытия. Строительная часть возводилась под руководством Д.Ш. Цыбанова. Внутреннее оформление осуществили Г.Д. Аюшина, Ц.Ш. Цыбанов, М.А. Базарсадаев. Очень большую организационную работу провел председатель совета буддистов района Б.С. Шойнжонов. Можно сказать, требовалось много средств: денег, стройматериала, краски. В какое время мы живем —объяснять никому не надо. Лишнего ни у кого нет. Все нужное приобреталось, досталось благодаря организаторским способностям Баяндая Санжиевича. Кроме частых поездок по селам района, он неоднократно бывал в других районах республики, Улан-Удэ. Привлек наших земляков-коммерсантов, среди которых отметим, - Батора Цынгуева, Баира Долгорова, Привлекал других выходцев из нашего района, которые давно не живут на малой родине. Вообще-то у Б. С. Шойнжонова особый дар беседовать с людьми. Знание местных обычаев, психологии людей помогли ему вовлечь в строительство большое количество помощников. Это, несомненно, ускорило возведение объекта. Скажем, что строительство Дугана началось весной прошлого года. Сейчас середина августа и Дуган накануне своего открытия! При желании мы, оказывается, можем не только строить добротно, но быстро. Имеется программа открытия Дугана. К нам приезжает большое количество известных людей из духовенства: все ширээтэ ламы буддийских храмов Бурятии, Усть-Орды, Агинска, а также главы соседних районных администраций. Приглашаются и жители района. В десять утра начинается освящение Дугана, которое продлится до часу дня. После обеда выступят мастера искусств Бурятии. С четырех часов намечены спортивные состязания. Это будет своего рода настоящее празднество Анинского дацана. Скажем еще и то, что для проведения подготовительной работы и церемонии освящения Дугана образован районный оргкомитет из семнадцати авторитетных руководителей во главе с А.А. Заводским. Также создан внутри дацанский оргкомитет, возглавляемый членом Совета буддийской общины района Б.С. Цыбиковым. Близится праздник Анинского дацана. Paйон готовится к нему.
Ширээтэ ламы Анинского дацана
В 1991г. 4 ноября ширетуем был избран Баяр Очиров
В 1992г. 19 января - Баяр Аханаев
Нима-Цырен Бодиев
Дамба Сультимов
Батор Цыдыпов
Мунко Цыремпилов
Бадмажап Цыренжапов
Анинский дацан на данном этапе
Главная задача настоящего времени – это восстановление былого величия Анинского дацана.
Реализация этой задачи требует больших финансовых вложений для проведения реставрационных работ. Для этого из архивов поднимаются документы, фотографии по которым будут создаваться точные копии уничтоженных ритуальных и бытовых строений. Это кропотливая работа.
При дацане создан совет старейшин из мирян, которые оказывают неоценимую услугу своими воспоминаниями, советами. Финансовую помощь оказывают местные предприниматели.
Штат Анинского дацана состоит из 10 (десяти) лам и хувараков.
Ширээтэ ламой с ноября 2002 года является Цыренжапов Сергей Доржиевич.
Дарижапов Легцок – соржо лама
Батуев Саян Баирович – штатный лама, председатель ревизионной комиссии
Цырендоржиев Солбон Шагдарович – гэбгэ лама
Дашиев Батор Баирович – унзад лама
Дабаев Андрей Баторович – бага унзад лама
Ринчинов Солбон Дамбинович – шогомбо лама
Жамбалдоржиев Бадма – лама
Лубсанов Солбон Митанович – хуварак
Цыбиков Булат Шойдонович – хуварак
Ежегодно проводятся шесть больших хуралов:
Сагаалганай хурал «Монлам ченбо» проводится в Хоринском дацане 15 дней. Ответственными за проведение хуралов являются все организации с.Хоринск согласно графика.
Дуйнхор хурал: Ответственные за проведение село Алан и село Амгаланта
Дончод хурал: Ответственные за проведение жители с.Улан-Одон.
Майдар хурал: Ответственные за проведение с. Булум и с. Ашанга.
Лhабаб Дуйсэн хурал: Ответственные за проведение с. Тэгда и с. Тохорюкта.
Зула хурал: Ответственные за проведение с. Баянгол.
Эти хуралы проводятся согласно лунному календарю.
Проводятся ежемесячные хуралы: «Отошо», «Ламчог нинбо», «Мандал Шива».
Каждого 8, 15, 30 дней месяца лунного календаря соответственно ежедневно читаются хуралы с 10 до 12 часов и с 14 по 15 часов.
Выполняют религиозные обряды по ушедшим, освящения жилищ, вычисления по зурхай благоприятных дней важных событий в жизни людей.
Читаются защитные молитвы о благополучии и благоденствии всех живых существ.
В летний период проводятся подношения хозяевам местности, ритуалы «Обоо тахилга»
Дацан оказывает материальную поддержку хуваракам – студентам Буддийского Университета «Даши Чойнхорлин» им.Дамба Даржа Заяева, а также хуваракам, обучающимся в Индии – монастыре «Гоман».
Усилиями лам и прихожан Анинского дацана построены субурганы в местности «Дэлгэр хан», освященный Хойто ламхай. Субурган называется «Бадма Сэсэг».
В селе Ашанга в местности «Шибээтэ» установлен субурган «Жанчуб Чодэн»;
Также планируется восстановление разрушенных субурганов в Анинском дацане.
В меру своих возможностей верующие вносят свой вклад в развитии и процветание Сангхи.
Будда говорит: «Подобно тому, как воды океана имеют лишь один вкус – вкус соли, так и Учение мое имеет лишь один вкус – вкус спасения».
Сокровища Анинского дацана
«Здешний алтарь отличается красотой убранства статуй и очень просторен». Все четыре стороны пирамиды представляют собою ряды полого возвышающихся одна над другою колонн, на которых поставлены 250 кумиров с каждой стороны, а всего 1000 статуэток «Будд благих времен». Особо всего за отдельною перегородкой у самой северной стены имеется еще второй алтарь, служивший алтарем и у старой кумирни. Здесь находится целый ряд больших и малых бурханов, то восстановленных прямо на жертвенном столе, то стоящих в отдельных поставцах и киотах. В этом, почитаемом первом и главном алтаре установлен и жертвенник с множеством лампад, балинов и других жертвоприношений, между тем как во втором алтаре – жертвенного алтаря не устроили и вовсе». «Около дверей алтаря, - далее находим у Б. Барадина, - видел Сансарын хурдэ и тибетский рисунок всего Лаврана. Затем я видел одну работу Абидо с Сукавади зуракчина Агинского дацана Дулзул Боролдоева. Эта работа считается здесь наилучшей. Я сделал с нее снимок, так как она действительно оказалась тонкою работою… По обеим сторонам главного алтаря находится 16 архивов – на восточной стороне лицом к востоку, на плиаде лицом к западу, на южной стороне лицом к северу». «Во втором этаже кумирни основную святыню алтаря составляет большой кумир Цзу, по левую сторону которого расположен киот с хранящимися в нем литыми бронзовыми статуэтками 35-ти Мургуулийн бурхан. Кроме того, здесь две очень оригинальные фигуры. Это два выделенных из папье-маше, зеленеющих своими листьями и ярко пестрых своими цветами, дерева по ветвям которых рассажены бронзовые изображения 16-ти Найдан и 4-х махаранцза». На сакральном – третьем этаже традиционно располагался алтарь, посвященный гению-хранителю, таким покровителем в Агинском дацане был избран Чжамсаран (Джамсаран, Жамсаран, бур.).
Культ Бодхисаттвы Майдари, почитавшегося как Грядущий Будда, имел широкое распространение в Забайкалье, поэтому каждый дацан старался приобрести статую Майдари и 1000 Будд.
Как правило, когда изображение божества собиралось в целое, то существовала определенная система заполнения полой статуи, куда входили семена растений, курительные свечи, благовония и пр. В голову клали 9 различных предметов, в горло – 1, а в грудь 20, куда входили священные книги Ганжур 108 томов и мани, в туловище 19 предметов, в нижнюю ее часть – 11, в подставку – 6. Также в число полагаемых вещей входил и «пелден» - вещество в форме белых круглых пилюль, почитаемое как святыня, выходящее из тела Будд.
В скульптуру Анинского Майдари, по рукописи, перечень которой занимает несколько страниц, было вложено: в ушнишу (вырост на макушке головы) Майдари вложили 100 тысяч священных книг и свертков, а в грудь – части одежды священных, принадлежавших первым воплощениям Панчен-богдо, Далай ламы, Джебзун-дамбы хутухты и т.д. В этом перечне значатся колоссальное количество книг и предметов священного почитания из Тибета, Индии, Монголии. Собирали статую бурхана во избежание его осквернения в специальных светло-желтых одеждах, соблюдали строгое воздержание (не ели мяса и лука, только молочное, не курили и не нюхали табак и т.д.). При сборке выяснилось, что китайские мастера ошиблись и вместо положенных по канону 14 алданов без 1 локтя бурхан выше на 4 пальца».
По свидетельству бывшего хуварака Анинского дацана Мигжитова Рабдана Базаровича, скульптуру Майдари собирали китайские мастера из Долоннора, свыше 10 человек, руководил ими бурятский лама Очиро Сандак. По следующим сведениям Мигжитова Р.Б., когда собирали статую Майдари, то Х-ый ширээтэ лама Анинского дацана Захарэ лама предложил скульптуру не клепать, а собирать на болты, чем прихожане были недовольны.
По материалам экспедиции 1927 года Р. Мэрдыгеева, П. Дамбинова «Майдар Анинского дацана представлял из себя гигантскую статую с изображением будущего Будды в сидячем положении. Высота Майдари 5 саженей и 2 аршина (12 метров – прим.ред.). Одно ухо этой громадины не меньше роста взрослого человека в натуральную величину. Анинский Майдари считается по величине самым большим из всех Майдаров, имеющихся в дацанах бурят-монголов»
Недолгий срок в истории Анинского дацана был отведен уникальный скульптуре Майдари и одноименному храму. На втором этапе национализации и внедрения декрета об отделении церкви от государства, в апреле 1936 года комиссией по ликвидации Анинского дацана был составлен акт о разборке скульптуры под предлогом, что «внутри находится холодное и огнестрельное оружие» и есть «секретная дверь сидения Майдари-бурхана». «Мы, комиссия,…проветрив эту дверь…нашли, что замок у двери сломан и имеются следы открытия двери. В виду такового положения явилась необходимость вскрыть дверь и проверить содержимое сидения Майдара-бурхана, почему и предложено было председателю Хидского совета Намжилову открыть дверь. При проверке внутри сидения оказалось следующее:
1. Огнестрельное и холодное оружие: 1). Дробовые двустволки 3 шт. 2). Кремневые патроны 40 шт. 3). Берданки 1 шт. 4). Огнестрельные дробовики 8 шт. 5). Револьверы Смитта 4 шт. 6). Пистолеты (короткие и винтовки 14 шт.). 7). Патроны разные 12 шт. 8). Клинки с ножнами (старые) 11 шт. 9). Клинки без ножей 15 шт. 10). Кинжалы 2 шт. 11). штыки 4 шт. Итого огнестрельное холодное оружие 106 шт.
2. Золото царской чеканки: 5-ти рублевые монеты – 4 шт., десятирублевые – 1 шт., золотые кольца – 3 шт.
3. Серебро царское: рублевые монеты – 9 шт., 50 коп. – 3 шт., 25 коп. - 4 шт., Кольцо серебряное – 3 шт., Деревянные чашки в серебряной обделке – 3 шт., Чашка, блюдце, ложка – 1 комплект, Рюмки – 2 шт., Кружка серебряная – 3 шт., Разное серебро, Бурхан-эхэ (полный комплект) - 1 шт.
4. Шелковые материалы: зеленого цвета 18 м.7-см., желтого цвета- 1,5 м., белого 10 м.70 см., синего 14 м.20 см., красного 13 м. 35 см., хадаки…», далее по списку значатся сундуки, платки, чай разных сортов и т.п.
«По ходу изложенного, комиссия считает, что ламы Анинского дацана, скрыли оружие и предметы, имели стремление восстать против Советской власти и что это обстоятельство сигнализирует против действительного закона Советской власти. Постановили: все оружие без исключения сдать в РО НКВД, а остальное имущество запечатать в дугане сургучной печатью, с опечатыванием двери и сдать председателю и сторожам Будаеву и Чимытову в принятие на хранение. Председатель комиссии Антонов, Гомбоев, Гуруев. Председатель Хидского совета Намжилов, Охраны: Гомбоев, Будаев».
В докладной записке сотрудника Ленинградского института востоковедения В.Д. Якимова, командированного в августе 1937 г. в Анинский дацан, отмечается, «все экспонаты были свалены в кучу, где и как попало. В результате получилась их массовая гибель. Так, например, когда нам открыли один храм и мы вошли туда, то нас обдало таким смрадом гнили и плесени, что невозможно было там находиться».
Осенью 1939 г. по распоряжению вице-президента АН СССР О.Ю. Шмидта в Бурятии работала комплексная экспедиция для отбора из закрытых дацанов экспонатов для Института востоковедения, музея истории религии, музея антропологии и этнографии. Побывавший в Анинском дацане сотрудник института востоковедения Е.М. Залкинд о Майдари писал: «В Анинском дацане нам было предложено разобрать статую Майдари, так как предполагалось, что в ней хранятся большие ценности… Разборка Майдари была произведена с нарушением элементарных правил: без предварительной зарисовки, фотографирования и разметки частей». Далее Евгений Михайлович Залкинд в отчете отмечает, что в работе приходилось постоянно конфликтовать с членами комиссии, «стремившихся возможно более количество коллекций сдать в утиль. Поэтому, - пишет он, - бурханы, иконы и другие предметы культа, могущие быть использованы в музеях, вывозились в огромном количестве в утильбазу».
«Фигура Майдари,- по отчету Гатова, - была разобрана комиссией, работавшей летом 1939 г. (В комиссию входили: Пупышев от центрального антирелигиозного музея в Москве и представитель от Наркомфина СССР. При работе присутствовал представитель Института востоковедения АН Залкинд Е.М.) Фигура листовой меди – разобрана безобразно, расшита по листам, чертежа разбора составлено не было, фигура не сфотографирована. В художественном отношении фигура ничего особенного не представляет. Работа новая – последнего десятилетия прошлого века. Некомплектная отсутствуют фигуры учеников. Более интересно содержимое Майдари: книги, невозможные лекарства, предметы культа и прочее, что нами и упаковано. Ввиду хаотического состояния фигуры мы были вынуждены от нее отказаться».
На основании этих докладных записок, можно сделать вывод, что анинского Майдари отправили на переплавку.
Что касается храма Майдари, то по отчету вышеназванной экспедиции на 1939 г. в комплексе не разобранными оставались только два дугана: цокчен и Майдари, « в которых было сложено, навалено грудами дацанское имущество».
По данным Мигжитова Р.Б., анинский Майдари был разобран «под началом Генин-дармы Нацова». Среди старожилов сохранилась память и о том, что в процессе разбора скульптуры Майдари, голова ее стояла в разобранном виде на улице в течение нескольких дней, сторожем к нему приставили приезжего бурята по имени Дондок, семья которого жила неподалеку от сумэ. В один из дней жена сторожа вылила отходы в сторону разобранной головы Майдари, что повлекло на следующий же день ее болезнь. Сумэ было разобрано в конце 1939 – начале 1940 гг., в разборке его местные жители не участвовали. Они верили в Грядущего Будду, приход Майтреи.
350 Будд из тысячи, дошедшие до нас спустя два столетия, открылись мистическим образом
Ламы уверены — это знак возрождения одного из самых древнейших дацанов Бурятии — Анинского. «С научной точки зрения любая археологическая находка — это сенсация, тем более в таком количестве. Любая культовая вещь ценна сама по себе, так как несет в себе культовое содержание. Кроме того, она несет и искусствоведческую и научную ценность. Было бы интересно узнать, где отлиты эти статуэтки, каким мастером они выполнены. Но все это может определить только специалист».
Легионы бронзовых Будд
Сейчас найденные реликвии Анинского дацана установлены в дугане в поселке Хоринске. Они стоят стройными рядами на импровизированном алтаре, и верующие поклоняются им. Все вместе это представляет внушительное зрелище. Словно легионы, построенные для защиты Учения Будды. Бурханы имеют высоту около 10 сантиметров. Все они одинаковы: Будда сидит в позе лотоса, различаются только положения его рук. Статуэтки отлиты из бронзы, а снаружи покрыты сусальным золотом. Внутри каждой находятся миниатюрный молитвенный барабанчик и лекарственные травы. Снизу статуэтки закупорены металлической пластинкой, по краям обмазанной воском. У некоторых поломаны руки, на головах облупилась или сошла на нет минеральная краска. Видно, что многие нуждаются в реставрации. Ламы считают, что им более двух веков, учитывая, что Анинский дацан был построен в 1775 г.
Ламы, хувараки и верующие пребывают в радости, — взволнованно говорит лама Лэгсэк Дарижапов, руководитель поисков. — Что вы думаете по этому поводу? Вы верите этому? А вот мне самому с трудом верится в это! Среди хоринцев всегда существовало поверье, что Анинский дацан сам даст знак к возрождению, и вот время пришло. О местонахождении ценностей монахи узнали от старожилов села Алан.— В нашем селе жила одна старая женщина, — рассказывает Солбон Базардараев, аланский старейшина. — Когда она была уже при смерти, позвала меня: «Солбон, подойди сюда. Я тебе вот что скажу: около нашего дацана лежат спрятанные бурханы. Знай это». Я запомнил, а потом рассказал об этом нашим ламам. Мой отец всегда говорил, что мы возродим наш дацан.
Явление бурханов
Первые раскопки на месте разрушенного дацана проводились еще до 90-х годов. В них участвовали археологи БНЦ и студенты ВСГАКИ, но тогда ничего не нашли. Только в августе 2002 года под большим камнем на территории дацана ламы нашли первые три статуэтки. Через два месяца обнаружили еще 50. Когда весть о находках дошла до верующих, к ламам пришел восьмидесятилетний старик и сказал, что у него хранятся еще 50 Будд из Анинского дацана. Поиски и раскопки продолжались: количество бурханов к началу февраля 2004 года достигло 203 штук, а после проведения религиозного ритуала Дугжуубы, накануне Сагаалгана, нашлись еще 150. Сейчас их стало около 350: посчитать точно, сколько статуэток, довольно сложно, уверяют те ламы и прихожане, которые пытались это сделать. Цифра каждый раз получается разная: то на единицу или две больше, то наоборот на столько же меньше. Сейчас на время сагаалганских хуралов и до наступления тепла раскопки временно приостановлены. Кроме того, повышенный интерес к находкам со стороны прессы и искателей сокровищ вызывает настороженность и опасения монахов и мирян. Сообщение о сенсационной находке статуэток Будд в Хоринском районе вызвало огромный интерес в мире. Здесь уже побывали репортеры из Японии. Проявляют интерес и другие российские и иностранные СМИ. Свою помощь ламам предложили профессиональные искатели кладов из Иркутска. Между тем шумиха вокруг буддийских сокровищ вызвала замешательство в местном монашеском сообществе, не привыкшем к пристальному вниманию прессы. Ламы держат в глубокой тайне местонахождение раскопок. Они еще полны сомнений: «Найдем ли мы остальные 650 Будд из тысячи? Говорят, в 80-е годы в Хоринск на «Волге» приезжал какой-то коллекционер и он якобы увез с собою 200 Будд. А эти бурханы окружали когда-то статую Майтреи, Будды Грядущего, имевшую высоту 80 локтей». Во всей истории поисков и обнаружения хоринских бурханов есть изрядная доля мистики.— Перед тем как начать раскопки, мы провели хурал и обратились за помощью и благословением к божеству, главному хранителю Анинского дацана — Гомбо сахюусану, — пояснил Лэгсэк-лама — И тогда не столько мы нашли Будд, сколько они сами явили себя. Не случайно они показались именно сейчас, в то время, когда миру явился феномен хамбо Итигэлова! Ведь хамбо Итигэлов около двадцати лет обучался и жил в Анинском дацане. Поэтому между явлением нетленного тела и появлением Будд мы усматриваем глубинную мистическую связь. Этого же мнения придерживается Янжима Васильева, руководитель информационного центра хамбо Итигэлова:— Большинство находок находится в хорошем состоянии, я думаю, что они имели магическую защиту. Я сама убедилась в этом при подъеме священных сосудов хамбо Итигэлова. Тогда отключались все телекамеры, не работали фотоаппараты. Техника не действовала до тех пор, пока ламы не отключили эту защиту. По словам священнослужителей, основной целью поисков являются книги. Явление Будд — это только начало анинских находок. Дальнейшие раскопки и поиски буддийских реликвий будут вестись под контролем Буддийской традиционной Сангхи России на территории всего Хоринского района.
Воспоминания старожилов
Местный старейшина Мыжид-ахай Ширапов 1922 г.р. с.Алан Хоринского района вспоминает:
«В 1931 году я пошел в школу, а мой дядя служил в дацане. Я помню множество лам и мирян в дацане, большие дуганы, огромное количество лошадей в степи вокруг. Тогда в дацане было очень много людей, и им жилось легче, ведь у них была вера. А потом лам разогнали, дацан закрыли, люди продолжали ходить туда, но там уже ничего не было. Ламы знали, что пришел их черед, и заранее прятали ценную утварь.
Я помню шумную монастырскую жизнь, я был тогда ребёнком. Множество паломников стекалось со всей хоринской степи в дацан. Особенно многолюдно было в дни празднования Белого месяца и Майдари хурала. Подводы, стреноженные кони, белые юрты вокруг. Всё это исчезло в одночасье….
Хорошо помню, как в конце 1920-х годов в Анинском дацане произошло разделение на две общины. Обновленцы заняли дацан, а нирванисты, которых было большинство, вынуждены были построить дощатый дуган за оградой. Они очень сожалели, что нет Этигэлэй Хамбы… Услышав о возвращении Этигэлэй Хамбы, я счастлив и появилась надежда на возрождение нашего Анинского дацана на своём месте».
Помнит о былой шумной дацанской жизни и Лхамажап Батоева:
«Мне было тогда пять лет. Но до сих пор стоят у меня в глазах картинки из детства. Мой старший брат был хувараком. Когда я побежала за ним в дуган, кто-то меня окликнул: «Тебе нельзя туда, ты ведь девочка!» И я испугалась, заплакала и побежала к маме.
Девочкой я не раз приходила с мамой в дацан. Воспоминания об увиденном остались смутными видениями, которые до сих пор стоят перед глазами. Особенно сильное впечатление осталось от ритуального танца масок Цам». Придет время, и в дацане снова будут танцевать Цам».
Дацанские школы
Многие дацаны имели своих учеников-хувараков. Но собственные богословские школы в бурятских дацанах возникли в середине XIX века. (с 1858 г.). Это были буддийские философские школы.
Официальной датой основания школы цаннита в Анинском дацане считается 1858 г., вслед за Цугольским дацаном (1850 г.), которому принадлежит приоритет основания школ Чойра в хоринских и селенгинских дацанах, откуда «начали расходиться ученые ламы и вскоре изучение цаннита было перенесено в монастыри Гусиноозерский и Анинский».
Появление школы цаннита свидетельствовало о высокой степени подготовленности бурятского духовенства и, в частности, лам Анинского дацана.
В 1915 году по инициативе Агвана Доржиева на самой северной стороне комплекса было возведено ещё одно здание, предназначенное для второй школы цаннит-дацана (Мункэ мани сумэ).
Если в первом здании Чойра-дугана учились буддийской философии хувараки, то во втором здании собирались ламы из разных дацанов, желающие пополнить свои знания, поучаствовать в диспутах, продолжить обучение трактатов по богословию, философии, логике, этике и т.д. Цаннит-ламы, причисленные ко 2-ой группе, проводили время в чтении и составлении выписок из различных сочинений, изучали различные толкования и комментарии по отдельным интересующим их вопросам, производили сличение текстов. Изучали они, по словам Цымпилова Р.Ц., «плэрхэй аймак саба», после чего они знали не только точный смысл писаний, но и держали в своих руках таинственные силы управления природой. Многие ламы этой школы в дальнейшем пополняли состав «бродячей школы» гонуд лам.
На сегодня трудно определить в полном объеме значение и смысл этой школы, так как источников нами не обнаружено.
Здесь особо следует отметить, что среди джудских (тантрических) школ бурятских дацанов, только в Анинской школе Джуд была «бродячая школа-гонуд».
Как нам сказал информатор Цымпилов Р.Ц., инициатором открытия бродячей школы гонуд при Джуд-дацане был Гушик-лама Агван Доржиев, что сыграло немаловажную роль в утверждении и уважении к этой школе. В школе гонуд служили ламы из 5-ти хоринских дацанов. Служили «хату-тарнин хурал», что дословно переводится как «сложная, тяжелая мантра» свыше 100 лам, которые в течение года должны были по ходу солнца проходить круги вокруг дацанов пешком. Службу гонуд-ламы начинали до восхода солнца, ночевали в «Хурдунэй сумэ» в сидячем положении, имели право в сутки только один раз питаться, не снимали одежду в течение месяца. В эту школу, по словам Цымпилова Р.Ц., попадали только сильные духом и телом ламы, так как многие ламы боялись жесткой дисциплины и аскетического образа жизни. Начиная службу с Анинского дацана, они продолжали хурал в Эгитуйском, затем в Чесанском дацане, после в Кижингинском и Челутайском (Ацагатском). Каждый приход гонуд-лам в перечисленные дацаны сопровождался большим притоком прихожан. На следующий год круг повторялся заново. По описанию А.М. Позднеева, посетившего дацан в 1909 г., полный состав бродячей школы гонуд был в количестве 88 человек, которые совершали «Ярнай хурал». «Помещались они во дворе Хурдунэй Сумэ, согласно требованию хурала не выходя за кумиренную ограду и проводя всю ночь, вместе, в кумирне. По установленному обычаю, ламы эти по окончанию «ярнай хурала», должны были оставаться на зимовку в этом же дацане, а следующей весною предпринимали новый путь через Ацагатский и Чесанский в Эгитуйский дацан, где опять будут совершать «ярнай хурал» и затем проводить зиму 1910/11года».
Этим же годом датируется открытие при Анинском дацане впервые в Забайкалье школы Дуйнхор (Калачакра), которая обеспечивала астрономическую и астрологическую буддийскую службу, в основу которых входят комментарии на тантрийское сочинение «Калачакра», доставляет сведения о движении солнца, луны, звезд и планет, о затмениях солнца и луны и т.д. Согласно тибетскому ученому ламе Пелдену: «Калачакра – великое учение, которое пронизывает нашу жизнь. Оно утверждает, что Человек и Вселенная едины. Человек является частью Вселенной, зависит от нее, но в то же время воздействует на нее. Калачакра дает нам метод этого воздействия».
Школа философии Анинского дацана пользовалась большой известностью и уважением в Бурятии. Из стен дацана вышли многие известные ламы, в том числе Хамбо лама Итигэлов.
Послесловие
«Ваш дуган первый в республике, который открылся непосредственно в райцентре, - отметил перед отъездом Пандито Хамбо лама Жамьян Шагдаров - такое расположение очень удобно мирянам, т.к. теперь все желающие имеют возможность сравнительно легко добраться до дугана, нежели в Анинский дацан, который стоит в стороне от больших дорог».
На другой день после освящения мы побывали в дугане, где шли ежедневные хуралы (молебны). Отныне здесь каждый день будут идти хуралы (с 9 утра до 11 часов), так что в любой день недели есть возможность удовлетворить свои духовные потребности. Со дня открытия Анинского дацана уже прошло более двух лет, но пока дацан переживает достаточно трудные времена. И поэтому все, кто может оказать посильную помощь, могут посодействовать становлению храма.